Обзорная кскурсия по Мюнхену
Целительница
Экскурсия в Резиденцию
Экскурсия в Немецкий музей в Мюнхене

. Одиссей и Навзикая

Все-таки бывают в истории такие истории, что, кажется, смешнее и страннее придумать нельзя. Как вы, например, посмотрите на такую? Жила-была дочка царя…

Одиссей и Навзикая

Одиссей и Навзикая

Жила-была дочка царя. В далекой островной Греции. Той самой, которая сегодня хочет получить от Евросоюза миллиарды евро, чтобы дальше не работать. Греки в той Греции от нынешних отличались. Вот эта самая царская дочка—звали ее Навзикая—была весьма трудолюбивая и решила как-то постирать белье. Бывают в жизни высокопоставленных особ всякие причуды. В общем, пришла она на берег реки с корзинами с грязным бельем. Разложила белье на берегу, пересчитала тряпочки, продумала, с какой начнет стирку. Но… стирать передумала, наверно, решила, что от стирки маникюр испортится. Кстати, интересный вопрос, был ли у древних гречанок маникюр и педикюр? Может, не зря потом греческим скульптурам руки отламывали? Чтобы не смущать нас, современных женщин, страшными неухоженными ногтями? В общем, стирать ей расхотелось. Решила она поиграть с подружками в мяч. Что за игра такая была—никто не знает. Но все решительно признают, что в этот момент и зародилась совершенно чудесная игра, которую называют гандбол. То есть играли в мяч руками. Играли в мяч…
И тут начинается история, которую мы вам и хотим рассказать. По одной из версий, Навзикая не просто так пришла на берег стирать белье. Ей накануне во сне привиделась богиня Афина, которая решила выдать девушку замуж. И не просто за кого-нибудь, а за Одиссея. Тот, между прочим, женатый мужчина шлялся по миру, соблазнял различных девушек, жениться особенно ни на ком не хотел, потому что дома ждала его верная Пенелопа. Как только какая девушка в него влюбится, захочет с ним оформить отношения, он ей сразу заявит, что нет-таки не может он, потому как там пряжа уже прядется. А из этой пряжи будет связана рубашка (лучше бы смирительная!) для него. Говорил девушке: «Пока, милая, береги себя!» и исчезал. Но богине-Афине почему-то захотелось его женить. Поэтому она, обратившись, вероятно, к богу сна Гипносу, появилась в ночных видениях к Навзикае. Приказала ей стирать белье, а потом играть в мяч. И непременно этот мяч уронить в воду.
В общем, возвращаемся на берег, где идет партия гандбола. Мячик, как положено, как договорились, падает в воду. И из воды на берег его выносит совершенно голый мужчина. Причинное место было прикрыто какой-то веточкой. Но все остальное было совершенно неодетое. Можете представить себе сцену на берегу? Если бы девушки играли в мячик на пляже в ГДР, они там и бундес-канцлерин встретить могли бы. А на берегу в далеком Нигде… Мужчину… Голого? В общем, он там что-то несвязно лепетал, чтобы Навзикая дала ему одежду и прикрыла наготу. Он даже на пир в дом ее отца попал.
Вот, собственно, и весь сюжет. Укладывается в одну строчку: одетая Навзикая встретила голого Одиссея. Мужчина он, видать, был видный, потому как ребенка она от него как будто родила. Но ребенок—не повод для женитьбы, потому как Пенелопа в это время пряла…

Некий Питер Ластман, который жил в то же время, что и Питер Павлович Рубенс, нашел сюжет весьма интересным. Ведь только представьте себе: девушки играют, мячик падает, а из воды выходит… Не спешите смеяться. Великий писатель Софокл посчитал сюжет тоже весьма интересным, так что целую трагедию про игру в мяч на берегу написал, и сам даже сыграл главную роль в этом замечательном театральном представлении. Другое дело, что трагедия до наших дней не дошла, ну, а великолепное исполнение роли сохранилось в апокрифах театроведов.
В общем, художник Питер Ластман счел сюжет очень даже достойным изображения на большом холсте. Он в свое время побывал в Италии. Там провел какое-то время в мастерской у Эльсхаймера, к кругу знакомых которого относился Питер Пауль Рубенс. Наверно, не без влияния Рубенса он и написал свою «историческую» картину про Одиссея и Навсикаю. Вообще-то кавычки со слова исторический надо снять, потому что в то время — с начала XVII века и вплоть до конца XIX века —настоящие исторические картины и изображали истории: из мифов, преданий, Святого писания.

Одиссей и Навзикая

Одиссей и Навзикая

Тяжелая была задача у Питера Ластмана—изобразить встречу двух людей, которым предстоит общая судьба—недолго, конечно, но все же (про это зрители не знают). Группа девушек и один раздетый мужчина. И, надо сказать, получилось у него. Слева—одетая девушка. Одетая она, скажем так, весьма условно—все что надо, раздето. Справа на коленях бородатый мужчина, удивленно рассматривающий ее выпавшую из одежды грудь. Мужчина этот такого роста, что если бы встал, то присутствующие должны были дружно воскликнуть: «Ах, да это же настоящий великан!» Они, присутствующие, и изображают это удивление, как могут. Некоторые девушки забрались на лошадей (белье, наверно, на них привезли), чтобы лучше показать свое удивление. А на первом плане—роскошный натюрморт, состоящий из сплошных афродизиаков—тайный намек на то, что произойдет между двумя людьми, один из которых одетый, а другой раздетый.
В общем, классная картина, которую можно рассматривать и рассматривать. Там один зонтик чего стоит. Он весьма похож на знамя, которое будет позже держать Свобода на баррикадах у Эжена Делакруа. А сакральный смысл знамен мы все знаем…

Все рубрики газеты